Для утверждения своего господства Бартоломей Пышный часто совершал паломничества в далекие земли Переплёта и чернил – плодородные равнины, где обитали нерды, известные своим умением создавать невероятные кулинарные шедевры.

Бартоломей Пышный, восседая в своей золотой колеснице, украшенной алмазами и рубинами, снисходил на земли Переплёта и чернил, удостаивая нердов своим присутствием. И нерды отвечали взаимностью. В его честь устраивали пиры, достойные богов. Столы ломились от запеченных фазанов, фаршированных дикими ягодами и травами. Медовые пироги с начинкой из осетровых яиц и редких грибов парили над столами, источая умопомрачительный аромат. Кабаны, запеченные в глиняных горшках, благоухали копченым деревом и специями.

Эти пиры были не проявлением искренней почести, а тщательно спланированной стратегией. Нерды, ведомые своими старейшинами, понимали что угощая Короля до отвала, они на время отвлекают его от более насущных проблем.

Но, вопреки всем их усилиям, Бартоломей Пышный был несчастен. Его желудок, не приспособленный к таким изыскам, бунтовал. Каждый пир заканчивался мучительными спазмами, тошнотой и, в конечном итоге, злобным гневом, обрушивающимся на невинных слуг.

И вот, на Королевство Папируса опустился запах. Запах, который проникал в самые отдаленные уголки, преследовал книжных карликов, раздражал даже огров. Запах затхлого пота, разложившегося мяса и какого-то странного, животного страха. Запах, исходящий от одежд самого Бартоломея Пышного.

Король был в отчаянии. Он приказал изготовить для себя новые одеяния, из самых дорогих тканей, сотканных из паутины лунного шелка и шелка крылатых бабочек. Но даже это не помогло. Запах оставался.

Бартоломей Пышный обратился к эльфам Ароматики – искуснейшим парфюмерам во всем мире. Они обитали в Золотой долине лаванды, в окружении бескрайних полей цветущих трав и диковинных деревьев. День и ночь они трудились, собирая розы в мерцающих садах, лилии в лунных прудах, фиалки из шепчущих лесах и цветки жасмина запретном саду цвета.

Они создавали эликсиры, способные укротить запах гниющей тирании. Эликсиры, которые обещали благоухание вечной молодости и небесной чистоты. Но даже их титанический труд был напрасен. Ароматы эликсиров лишь ненадолго перекрывали зловоние, и вскоре оно вновь пробивалось наружу, словно сквозь невидимую броню.

В тайне, многие думали, что причина запаха заключалась не в ткани и не в отсутствии парфюма. Шептали, что Король поражен скверной, что его душа гниет изнутри, а зловоние – лишь внешнее проявление этой болезни.

Книжные карлики, гномы и огры в тайне от Бартоломея Пышного собирались в тёмных залах Книгохранилища, освещенном мерцающими кристаллами. Они понимали, что запах – это не просто физическая проблема. Это знак. Знак того, что времена меняются. Знак того, что гнев народа зреет. И знак того, что пора действовать. Ведь даже самый зловонный запах не может скрывать гниль, которая разъедает основы власти.